Alexander Sutherland Neill / Александр Сазерленд Нилл - "Summerhill - A Radical Approach To Child Rearing" / "Саммерхилл

Воспитание и развитие детей
Торрент Сидеров Личеров Размер
torrent_t_4485614.torrent
10 1 105.76 МБ
Аватара пользователя
Stepan
Администратор
Сообщения: 52269
Зарегистрирован: 05 ноя 2011, 20:36

Alexander Sutherland Neill / Александр Сазерленд Нилл - "Summerhill - A Radical Approach To Child Rearing" / "Саммерхилл

Сообщение Stepan » 08 мар 2019, 17:34

"Summerhill - A Radical Approach To Child Rearing"
"Саммерхилл - Воспитание Свободой" [много переводов, many translations]
Год: первая (англ.) книга - 1960.
Автор: Alexander Sutherland Neill / Александр Сазерленд Нилл
Жанр: Глубокий 50-летний опыт совместной жизни с самыми разными детьми. Жанра нет - слишком необыкновенные мысли. Живая книга, и это больше похоже на искренний рассказ, чем на "серьёзную и страшную" книжку по какой-то "специальности".
Язык: Русский, Английский, Испанский, Итальянский, Сербский, Польский, Хинди, Маратхи
Количество страниц: рус: 185, англ: 230, исп: 303, итал: 157, серб: 293, поль: 173, хин: 93, мар: 253.
Формат: PDF, ODT, PNG-изображения
Качество: Отсканированные страницы
Описание: Цитаты из книги:
"Саммерхилл начинался как экспериментальная школа. Теперь это скорее показательная школа, а показывает она, что свобода делает свое дело. Когда мы с моей первой женой создавали эту школу, у нас была одна ведущая идея: школа должна подходить детям, а не наоборот - дети школе".
"Поэтому Саммерхилл - это такое место, где имеющие способности и желание заниматься наукой станут учеными, а желающие мести улицы будут их мести. Мы, правда, до сих пор не вырастили ни одного дворника. Я пишу это без всякого снобизма, потому что мне приятнее школа, выпускающая счастливых дворников, чем та, из которой выходят ученые-невротики."
"Наказание всегда представляет собой акт ненависти. В акте наказания учитель или родитель ненавидит ребенка - и ребенок понимает это."
"Школа не обращает внимания на самое главное: все на свете греческие языки, математики и истории не помогут сделать семью более любящей, детей - свободными от подавления, а родителей - свободными от неврозов."
"Я знаю, что родители, которых больше всего беспокоит, научился ли Билли читать и писать, - это те, которые чувствуют себя неудачниками из-за недостатка образования. Родители, верящие в строгую дисциплину, - это обычно те, которые сами себя не принимают. Записной гуляка с богатым запасом скабрезных анекдотов будет строго осуждать сына за разговоры об экскрементах. Мать-лгунья отшлепает ребенка за вранье. Я видел, как человек порол сына за курение, держа трубку во рту. Я слышал, как мужчина бил своего двенадцатилетнего сына со словами: "Я отучу тебя ругаться, маленький ублюдок". Я указал ему на это, и он ответил не моргнув глазом. "Когда я ругаюсь, это - другое, а он еще ребенок"."
"Дети обычно ходят на те занятия, которые соответствуют их возрасту, а иногда - интересам. У нас нет новых методов преподавания, потому что мы не считаем преподавание само по себе очень важным. Есть у школы особые способы обучения делению в столбик или их нет - не имеет никакого значения, потому что сам навык деления в столбик важен только для тех, кто хочет его освоить. А ребенок, который действительно хочет научиться делить в столбик, непременно будет уметь это делать независимо от того, каким способом его обучают.
Дети, которые поступили в Саммерхилл в дошкольном возрасте, ходят на уроки с самого начала своего пребывания у нас, но дети, поучившиеся прежде в других школах, заявляют, что они больше никогда в жизни не пойдут ни на один идиотский урок. Это продолжается порой несколько месяцев. Они играют, катаются на велосипедах, мешают другим, но уроков избегают. Время выздоровления от этой болезни пропорционально ненависти, порожденной у них их прошлой школой. Рекорд поставила одна девочка, пришедшая из монастырской школы. Она пробездельничала три года. Вообще, средний срок выздоровления от отвращения к урокам - три месяца."


"Большая часть школьной учебы, которую выполняют подростки, - простая растрата времени, сил, терпения. Она отбирает у детства право играть, играть и играть; она водружает старческие головы на юные плечи.
Когда я читаю лекции студентам университетов или педагогических колледжей, я всякий раз поражаюсь инфантильности, незрелости этих парней и девушек, набитых бесполезным знанием. Они немало знают, они блистательно рассуждают, они могут процитировать классиков, но в своих взглядах на жизнь многие из них просто младенцы. Потому что их учили знать, но не разрешали чувствовать. Эти студенты приветливы, доброжелательны, энергичны, но чего-то им не хватает: эмоциональности особого рода, способности подчинять мышление чувствам. И я говорю с ними о мире, который они не замечали и продолжают не замечать. Их учебникам нет дела ни до человеческих характеров, ни до любви, ни до свободы, ни до самоопределения. Так система и живет, ориентируясь только на стандарты книжного учения и продолжая разлучать ум и сердце."

"Все образование направлено на интеллект, но если бы эмоциям была предоставлена истинная свобода, то интеллект сам позаботился бы о себе."
ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО:
"Психология — в этой области никто не знает слишком много. Внутренние пружины человеческой жизни по-прежнему в основном скрыты от нас. С тех пор как гений Фрейда вдохнул в нее жизнь, психология продвинулась далеко, но все же она еще остается молодой наукой, только намечающей очертания берегов неизведанного континента. Лет через пятьдесят будущие психологи, наверное, улыбнутся нашему нынешнему невежеству.
С тех пор как я оставил теоретическую педагогику и занялся детской психологией, мне пришлось поработать с самыми разными детьми: поджигателями, ворами, лжецами, теми, кто мочился в постель, и теми, кто страдал приступами ярости. Годы напряженной работы убедили меня, что я довольно мало знаю о движущих силах жизни. Я уверен, однако, что родители, которые имеют дело только с собственными детьми, знают гораздо меньше, чем я. И поскольку я считаю, что трудным ребенка почти всегда делает неправильное обращение с ним дома, я осмеливаюсь обратиться к родителям.
В чем состоит задача психологии? Я предлагаю слово «лечение». Однако я вовсе не хочу быть излеченным от предпочтения оранжевого или черного цвета; от пристрастия к курению, равно как и от моей привязанности к бутылочке пива. Ни один педагог на свете не имеет право лечить ребенка от желания извлекать шум из барабана. Единственное, от чего можно лечить, — это несчастливость.
Трудный ребенок —. несчастливый ребенок. Он находится в состоянии войны с самим собой, а следовательно, и со всем миром.
Трудный взрослый сидит в той же лодке. Ни один счастливый человек никогда не нарушал порядок на собрании, не проповедовал войну, не линчевал негра. Ни одна счастливая женщина никогда не придиралась к своему мужу или детям. Ни один счастливый мужчина никогда не убивал и не крал. Ни один счастливый начальник никогда не держал своих подчиненных в страхе.
Все преступления, всю злобу, все войны можно свести к несчастливости. Эта книга — попытка показать, как возникает несчастье, как оно разрушает человеческую жизнь и что можно сделать, чтобы несчастье, по возможности, не возникало. Более того, это книга о конкретном месте — Саммерхилле, где детское несчастье излечивается и, что еще важнее, дети воспитываются в счастье.
А. Нилл"
"Таких родителей вовсе не интересовала свобода для их детей, и в душе они, должно быть, считали нас кучкой помешанных чудаков. Таким консерваторам было очень трудно что-нибудь объяснить.
Я вспоминаю одного военного господина, который размышлял, не записать ли к нам в ученики своего девятилетнего сына.
- Место вроде подходящее, - говорил он, - но у меня есть одно опасение. Мой мальчик может здесь научиться мастурбации.
Я спросил его, почему он так уж этого боится.
- Это ведь ему повредит, - ответил он.
- Но ведь это не слишком повредило ни вам, ни мне, не правда ли? - поинтересовался я.
Он поспешил убраться отсюда вместе с сыном. Потом была еще одна богатая мамаша, которая после часа расспросов повернулась к мужу и сказала:
- Я никак не могу решить, отдавать сюда Марджори или нет.
- Не трудитесь, - сказал я. - Я решил за вас. Я ее не беру. Мне пришлось объяснить ей, что я имел в виду.
- Вы на самом деле не верите в свободу, - сказал я. - И если бы Марджори поступила сюда, мне пришлось бы потратить полжизни, объясняя вам, что это такое, и в конце концов вы все-таки не были бы удовлетворены. Для психики Марджори результат был бы разрушителен, потому что перед ней постоянно маячил бы ужасный вопрос: кто прав - дом или школа?"

Раньше я считал своей основной работой не преподавание, а личные уроки. Психологическое внимание необходимо большинству детей, но среди наших всегда находились только что пришедшие из других школ, и личные уроки были направлены на то, чтобы ускорить их адаптацию к свободе. Если ребенок весь внутренне зажат, он не может сам приспособиться к состоянию свободы.
Личные уроки - это неформальные разговоры у камина. Я усаживался у огня с трубкой в зубах, и ребенок, если хотел, тоже мог курить. Сигарета часто помогала сломать лед между нами.
Однажды я попросил четырнадцатилетнего мальчика зайти ко мне поговорить. Он только что перешел в Саммерхилл из вполне типичной закрытой частной школы. Я заметил, что его пальцы желты от никотина, поэтому достал свои сигареты и предложил ему закурить.
- Спасибо, - пробурчал он, - я не курю, сэр.
- Бери, бери, чертов враль, - сказал я, улыбаясь, и он взял.
Я одним махом убивал двух зайцев. В глазах этого мальчика директор школы - неумолимый моралист и блюститель дисциплины, которого надо постоянно обманывать. Предлагая ему сигарету, я показывал, что ничего не имею против его курения. Назвав его чертовым вралем, я заговорил с ним на его языке. В то же время я наносил удар по его представлению о людях, наделенных властью, показывая, что директор вполне может легко и весело выругаться. Ох, как бы мне хотелось сфотографировать его лицо во время этого первого интервью!
Из прежней школы его исключили за воровство.
- Я слышал, ты - ловкий жулик, - сказал я. - Как лучше всего надуть железнодорожную компанию?
- Я никогда не пытался их обманывать, сэр.
- Э-э, так не годится. Ты должен попробовать. Я знаю массу способов, - и рассказал ему о нескольких.
Он разинул рот. Он попал в сумасшедший дом, это точно. Директор школы рассказывает ему, как половчее смошенничать. Годы спустя он признался мне, что этот разговор был самым большим потрясением в его жизни.

"Формируемый, регулируемый, наказываемый, подавляемый, несвободный ребенок, имя которому - Легион, живет в каждом уголке планеты. Он живет и в нашем городе, прямо в доме напротив, он сидит за скучной партой в скучной школе, а потом, когда вырастет, за еще более скучным столом в каком-нибудь учреждении или на скамье у фабричного конвейера. Он тих, готов подчиняться власти, боится критики и почти фанатичен в своем желании быть нормальным, быть правильным, быть "как все". Он принимает все, чему его учили, почти без вопросов и передаст свои комплексы, страхи и фрустрации собственным детям. Психологи согласны с тем, что самый большой вред психике ребенка наносится в первые 5 лет жизни. Вероятно, правильнее сказать: в первые 5 месяцев, или первые 5 недель, или, может быть, даже в первые 5 минут ребенку может быть причинен вред, который пребудет с ним во всю его жизнь. Несвобода начинается с рождения. Нет, она начинается задолго до рождения. Если ребенка носит затюканная женщина со скованным телом, знает ли кто-нибудь, как материнская скованность скажется на новорожденном? Вряд ли будет преувеличением сказать, что все дети в нашей цивилизации появляются на свет в жизнеотрицающей атмосфере. Сторонники кормления по расписанию по своей сути - враги удовольствия. Они требуют дисциплины питания для ребенка, поскольку кормление не по расписанию предполагает оргастическое удовольствие у груди матери. Приводимые при этом аргументы в пользу такого питания не что иное, как рационализация. Глубинный мотив - желание превратить ребенка в дисциплинированное существо, которое ставит долг выше удовольствия."
"Было бы очень интересно, хотя, вероятно, и довольно сложно, оценить вред, нанесенный детям, которым не позволили играть столько, сколько им бы хотелось. Мне часто кажется, что огромные толпы, приходящие посмотреть футбольные матчи между профессионалами, состоят из людей, пытающихся изжить свои подавленные игровые потребности, идентифицируясь с игроками и как бы доверяя им играть вместо себя. Большинство выпускников Саммерхилла никогда не ходят на футбольные матчи, равно как и не интересуются разными другими пышными зрелищами. Полагаю, что мало кто из них отправился бы в дальний путь, чтобы только взглянуть на королевский выезд. Пышность, свойственная такого рода событиям, имеет в себе нечто детское - их яркость, строгий порядок, замедленность движений чем-то напоминают мир игрушек и разряженных кукол."
"Мать одной из учениц написала мне, что хочет, чтобы дочь ее слушалась. Я же учу ее дочь слушаться себя самой.Мать считает ее непослушной, а я всегда нахожу ее послушной. Пять минут назад она приходила ко мне в комнату, чтобы поспорить о собаках и их дрессировке."Вали отсюда, - сказал я, - я занят, пишу". Она ушла без всяких возражений. Послушание должно быть естественной частью общения. У родителей нет права на безусловное послушание со стороны детей, оно приходит изнутри, а не налагается извне.
Дисциплина - средство достижения цели. Дисциплина в армии помогает быть эффективным во время боя. Такого рода дисциплина всегда подчиняет личность делу. В дисциплинированных странах жизнь стоит дешево. Существует, однако, и другая дисциплина. В оркестре даже лучший скрипач подчиняется дирижеру, потому что он, так же как и дирижер, стремится к тому, чтобы вещь была хорошо исполнена. Рядовой, который вскакивает по команде, как правило, не особенно заботится об эффективности армии. Любая армия управляется в основном страхом, и солдат знает, что в случае неподчинения будет наказан. Школьная дисциплина может быть похожа на оркестровую, если учителя хороши, однако слишком часто это дисциплина армейского типа. Сказанное справедливо и для семьи. Счастливая семья похожа на оркестр и наслаждается тем же духом единой команды. Несчастливая семья подобна казарме, управляемой злобой и наказаниями. Странная штука - семьи с дисциплиной в духе единой команды часто мирятся со школой, в которой царит армейская дисциплина. Например, с тем, что учителя в школе бьют тех самых мальчиков, на которых никогда не поднимают руку дома. Посетитель с какой-нибудь более древней и мудрой планеты счел бы родителей этой страны идиотами, если бы ему рассказали, что в некоторых начальных школах и по сей день малышей наказывают за ошибки в сложении или в орфографии. Когда гуманные родители протестуют против палочной дисциплины в школе и обращаются с исками в суд, закон в большинстве случаев принимает сторону наказывающего учителя."


"Когда после моих лекций наступает время задавать вопросы, часто встает какой-нибудь приверженец старых порядков и говорит: "Мой отец все время колотил меня туфлей, и я об этом не жалею, сэр. Я бы никогда не стал тем, что я есть сегодня, если бы меня не били". Мне всегда не хватает смелости спросить: "Ну, и чем же вы стали?""

"Иметь хорошие манеры - значит думать о других, вернее, чувствовать, что рядом с тобой живут другие люди. Человек должен чувствовать обстановку, уметь поставить себя на место другого. Умение себя вести не позволяет задеть кого-нибудь. Уметь себя вести значит иметь естественный хороший вкус. Этому нельзя научить, такое поведение принадлежит бессознательному. Этикету, напротив, можно научить, потому что он принадлежит сознанию. Этикет - видимость манер. Этикет не мешает человеку разговаривать во время концерта, этикет допускает сплетни и скандалы. Этикет требует переодеться к обеду, встать, когда дама подходит к нашему столу, сказать "извините", вставая из-за стола. Все это - сознательное, внешнее, бессмысленное поведение. Плохие манеры всегда вырастают из неупорядоченной психики. Склонность к клевете, скандалам, сплетням и действиям исподтишка - это все субъективные нарушения, в них проявляется ненависть человека к себе. Они показывают, что сплетник несчастлив. Если бы мы могли забрать детей в мир, где они были бы счастливы, мы автоматически освободили их от всякого желания ненавидеть. Иначе говоря, у этих детей были бы хорошие манеры в самом глубоком смысле этого слова, т. е. они всегда с этого момента проявляли бы любовь и доброту. Если дети едят горох с ножа, то совсем не обязательно они станут разговаривать во время исполнения бетховенской симфонии. Если они проходят мимо миссис Браун, не срывая с головы шапок, из этого вовсе не следует, что повсюду начнут болтать о миссис Браун, что она пьет бренди в одиночку. Однажды во время моей лекции встал пожилой человек и пожаловался на манеры нынешних детей. - Вот, например, в прошлую субботу, - сказал он запальчиво, - я гулял в парке. Мимо проходили двое маленьких детей, и один из них поприветствовал меня: "Здравствуйте, дядя!" Я спросил его:
- Что плохого в "Здравствуйте, дядя!"? Вам бы больше понравилось, если бы он сказал: "Здравствуйте, сэр!"? Все дело в том, что вы обиделись. Ваше достоинство было задето. Вы хотите от детей раболепства, а не хороших манер. Подобное справедливо для многих взрослых. И это - чистое чванство. Это такое обращение с детьми, как будто они вассалы при феодализме. Это эгоизм, тот его род, который гораздо менее оправдан, чем эгоизм детей. Дети должны быть эгоистичны, а взрослым следовало бы направить свой эгоизм на вещи, а не на людей.
"Когда люди танцуют, они обычно придерживаются определенных правил. Удивительно, что в танцах, как и вообще в жизни, толпа в целом принимает установленные правила, а отдельные люди, ее составляющие, могут поголовно ненавидеть эти правила.
Для меня лондонский танцевальный зал символизирует Англию. Танцы, которые должны быть личным и творческим удовольствием, сводятся к прогулке арестантов. Все пары танцуют одинаково. Консерватизм толпы удерживает большинство танцоров от оригинальности. А главное удовольствие от танца - это выдумка, изобретение. Когда изгоняется выдумка, танцы становятся механическими и унылыми. Английские танцы вполне выражают страх англичан перед любыми проявлениями эмоциональности и самобытности.
Если в таком развлечении, как танцы, нет места свободе, откуда взяться надежде отыскать ее в более серьезных аспектах жизни?"
Предисловие
Вступительное слово
Часть 1. Школа Саммерхилл
Идея Саммерхилла
Взгляд на Саммерхилл
Образование в Саммерхилле по сравнению со стандартным образованием
Судьбы выпускников Саммерхилла
Личные уроки в Саммерхилле
Самоуправление
Совместное обучение
Труд
Игра
Театр
Танцы и музыка
Спорт и игры
Доклад инспекторов британского правительства
Заметки на полях доклада инспекторов Ее Величества
Будущее Саммерхилла
Часть 2. Воспитание детей
Несвободный ребенок
Свободный ребенок
Любовь и приятие
Страх
Чувство неполноценности и фантазии
Разрушители
Ложь
Ответственность
Послушание и дисциплина
Поощрения и наказания
Дефекация и воспитание чистоплотности
Питание
Здоровье и сон
Аккуратность и одежда
Игрушки
Шум
Манеры
Деньги
Юмор
Часть 3. Секс
Отношение людей к сексу
Половое воспитание
Мастурбация
Нагота
Порнография
Гомосексуализм
Неразборчивость в связях, внебрачные дети, аборты
Часть 4. Религия и мораль
Религия
Нравственное воспитание
Воспитательное влияние
Сквернословие
Цензура
Часть 5. Проблемы детей
Жестокость и садизм
Истоки правонарушений
Воровство
Правонарушители
Лечение ребенка
Путь к счастью
Часть 6. Проблемы родителей
Любовь и ненависть
Испорченные дети
Власть и могущество
Ревность и зависть
Развод
Родительская тревожность
Родительское понимание
Часть 7. Вопросы и ответы
Общие вопросы
О Саммерхилле
О воспитании детей
О сексе
О религии
О психологии
Об учебе
I. LA SCUOLA DI SHUMMERHILL
L’IDEA DI SUMMERHILL
UNO SGUARDO A SUMMERHILL
L’EDUCAZIONE A SUMMERHILL E L’EDUCAZIONE TRADIZIONALE
COSA SUCCEDE A CHI ESCE DA SUMMERHILL
LE LEZIONI PRIVATE
L’AUTOGOVERNO
LA COEDUCAZIONE
IL LAVORO
IL GIOCO
IL TEATRO
LA MUSICA E IL BALLO
LO SPORT E I GIOCHI
RAPPORTO DEGLI ISPETTORI GOVERNATIVI
IL FUTURO DI SUMMERHILL
II. L’EDUCAZIONE DEL BAMBINO
IL BAMBINO NON LIBERO
IL BAMBINO LIBERO
AMORE E APPROVAZIONE
LA PAURA
INFERIORITÀ E FANTASIA
GLI IMPULSI DISTRUTTIVI
LE BUGIE
LA RESPONSABILITÀ
L’OBBEDIENZA E LA DISCIPLINA
RICOMPENSE E PUNIZIONI
DEFECAZIONE E IGIENE PERSONALE
IL CIBO
LA SALUTE E IL SONNO
LA PULIZIA E GLI ABITI
I GIOCATTOLI
IL RUMORE
LE BUONE MANIERE
IL DENARO
L’UMORISMO
III. IL SESSO
L’ATTEGGIAMENTO SESSUALE
L’EDUCAZIONE SESSUALE
LA MASTURBAZIONE
LA NUDITÀ
LA PORNOGRAFIA
L’OMOSESSUALITÀ
LA PROMISCUITÀ, GLI ILLEGITTIMI, L’ABORTO
IV. RELIGIONE E MORALE
LA RELIGIONE
GLI INSEGNAMENTI MORALI
COME S’INFLUENZA IL BAMBINO
LE BESTEMMIE E LE IMPRECAZIONI
LA CENSURA
V. I PROBLEMI INFANTILI
LA CRUDELTÀ E IL SADISMO
LA CRIMINALITÀ
IL FURTO
LA DELINQUENZA
COME GUARIRE IL BAMBINO
LA STRADA DELLA FELICITÀ
VI. I PROBLEMI DEI GENITORI
AMORE E ODIO
COME VIZIARE IL BAMBINO
AUTORITÀ E POTENZA
LA GELOSIA
IL DIVORZIO
L’ATTEGGIAMENTO ANSIOSO NEI GENITORI
LA CONSAPEVOLEZZA DEI GENITORI
VII. DOMANDE E RISPOSTE
IN GENERALE
A PROPOSITO DI SUMMERHILL
SULL’EDUCAZIONE INFANTILE
SUL SESSO
SULLA RELIGIONE
SULLA PSICOLOGIA
SULL’INSEGNAMENTO
FINE
A Word of Introduction by the Author
I. SUMMERHILL SCHOOL
The Idea of Summerhill
A Look at Summerhill
Summerhill Education vs. Standard Education
What Happens to Summerhill Graduates
Private Lessons at Summerhill
Self-Government
Coeducation
Work
Play
Theater
Dancing and Music
Sports and Games
Report of the British Government Inspectors
Notes on His Majesty’s Inspectors’ Report
The Future of Summerhill
II. CHILD REARING
The Unfree Child
The Free Child
Love and Approval
Fear Inferiority and Fantasy Destructiveness
Lying
Responsibility
Obedience and Discipline
Rewards and Punishment
Defecation and Toilet Training
Food
Health and Sleep
Cleanliness and Clothing
Toys
Noise
Manners
Money
Humor
III. SEX
Sex Attitudes
Sex Instruction
Masturbation
Nudity
Pornography
Homosexuality
Promiscuity, Illegitimacy, and Abortion
IV. RELIGION AND MORALS
Religion
Moral Instruction
Influencing the Child
Swearing and Cursing
Censorship
V. CHILDREN’S PROBLEMS
Cruelty and Sadism
Criminality
Stealing
Delinquency
Curing the Child
The Road to Happiness
VI. PARENTS’ PROBLEMS
Love and Hate
Spoiling the Child
Power and Authority
Jealousy
Divorce
Parental Anxiety
Parental Awareness
VII. QUESTIONS AND ANSWERS
In General
About Summerhill
About Child Rearing
About Sex
About Religion
About Psychology
About Learning
Изображение
Изображение
Изображение
Изображение
Изображение
Изображение
Изображение
Изображение
Изображение
Contents
WHAT THIS BOOK IS ABOUT
FREEDOM--NOT LICENSE
Self-Regulation
ANTI-LIFE ATTITUDES
Manners
Duty and Responsibility
Respect
Conventionalism
Dishonesty
Discrimination
SCHOOL
Homework
SEX
Sex Education
Masturbation
Nudity
Masculinity and Femininity
Menstruation
Circumcision
Contraceptives
Homosexuality
INFLUENCING CHILDREN
Career
Censorship
Undesirable Companions
Religion
Character Molding
Marriage
PROBLEMS OF CHILDHOOD
Spanking
Destructiveness
Bullying and Fighting
Lying
Stealing
Sulking
Television
Food and Eating
Thumb-Sucking
Sleep
Toys
Fantasy
PROBLEMS OF ADOLESCENCE
Staying Out Late
Cursing
Driving a Car
Smoking
Drinking
Drug Addiction
Make-Up
Clothes
Money
Restrictions
Defiance
Intermarriage
FAMILY TENSION
Parental Disagreement
Grandparents
Broken Home
Sibling Rivalry
Adoption
Parental Attitude
THERAPY
Fear
Stuttering
Psychotherapy
Introversion
A FINAL WORD
[spoiler="Neill! Neill! Orange Peel! (из предисловия, from "A Note about the Title")"]"Neill! Neill! Orange Peel!
A. S. Neill
A Note about the Title
Years ago, Hetney, a little boy at Summerhill, went round muttering to himself:
“Neill! Neill! Orange Peel!” The phrase caught on and has lived for more than twenty-
five years. To this day, small children follow me around chanting the words, and my
usual reaction is: “Wrong again. Not orange peel—banana peel.”
I have selected this rhyme as the title of my autobiography, because it sums up my life
with children; indeed, it might be the motto for Summerhill, if we believed in mottoes.
These words tell the whole story of my school and my life. They show how the gulf
between generations can be bridged—or rather abolished—for they do not connote cheek
or hate: they mean love; they mean equality. If every kid in the world could call his
teacher Orange Peel, or an equivalent, my mail would not be filled with letters beginning:
“I hate my school; can I come to Summerhill?”
...
"
[/spoiler]
1) "Саммерхилл - Воспитание Свободой" (Русский)
2) "Summerhill - A Radical Approach To Child Rearing" (English)
3) "Un punto de vista radical sobre la educacion de los ninos" (Español)
4) "I ragazzi felici di Summerhill" (Italiano)
5) "Slobodna deca Samerhila" (Srpski)
6) "Summerhill" (Polski)
7) "..." (हिन्दी)
8) "..." (मराठी)
Дополнительные книги входящие в раздачу:
"Freedom - Not License!"
"Neill! Neill! Orange Peel!"
Изображение
Изображение
Изображение
Изображение
Изображение
Доп. информация:
Фильм "Саммерхилл":
У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.